Такая доля бюджета вместе с такой заметностью дают фасаду вес, несоизмеримый с его толщиной. Отсюда и вопрос, который Томас ставит первым: кто и за что отвечает? На фасаде сходятся три расчёта. Статика – и несущей конструкции, и самой оболочки. Внутренние инженерные системы: вентиляция, отопление, кондиционирование, их мощность и их взаимодействие с оболочкой. И собственно фасад, за которым стоят архитектор, консультанты, инженеры и подрядчик. Между ними и открывается разрыв: информация переходит из рук в руки не полностью, а читать мысли, как заметил Томас, большинство из нас пока не умеет.

Когда отвечал один человек

Пятьсот лет назад этого разрыва не было. Филиппо Брунеллески, завершивший купол над Флоренцией, был одновременно архитектором, строителем и автором технических решений. Спрашивать было не с кого, кроме него, и порой за ошибку платили головой. Сегодня технологии слишком сложны, чтобы один человек знал всё, и специализация – это правильно. Вернуться назад не получится. Что происходит вместо этого, Томас описал без прикрас. Архитектор придумывает фасад и продаёт решение инвестору: тому нравится облик, нравится и предполагаемая стоимость. Затем проект уходит в реализацию, и фасадная компания понимает переданную информацию по-своему. На стройке начинаются споры: «мы хотели иначе», «это стоит дополнительных денег».

Мост, который не держит

Самый распространённый ответ – привлечь фасадного подрядчика как можно раньше, чтобы он помог собрать тендерный документ, первые эскизы, первые технические решения. У этого хода два изъяна. Современный фасад редко бывает одного типа: к стеклу и алюминию добавляются вентилируемые системы, камень, облицовка, иногда и солнечная энергетика, и одна компания вряд ли знает всё. К тому же инвестор не может обещать этой компании заказ: дальше объявляется тендер, в котором участвует весь рынок. Заказчики такой работы делятся на тех, у кого деньги, и тех, у кого замысел: собственники и девелоперы с одной стороны, архитекторы и проектировщики с другой, а рядом генеральные и фасадные подрядчики.

Инженер, а не консультант

Поэтому Priedemann описывает себя не как консультанта, а как инженера. Томас не стал скрывать, как этот вопрос звучит у заказчиков: зачем платить тем, кто много говорит и ничего не производит? Его ответ в том, что за консультационной частью работы обязательно идёт вторая – проект, который показывает, как фасад собирается из материалов, реально доступных на рынке, и в том бюджете, который инвестор готов платить. На ранних стадиях это архитектурные конкурсы, где вопрос ставится просто: реализуемо ли это и можно ли это сделать за пятьсот евро за квадратный метр. Затем профилирование фасада: регион, температурные условия, интенсивность солнечного излучения на конкретную плоскость, требования заказчика.

От идеи до монтажа

Дальше этапы. Идеи и материалы, первые технические решения, технический дизайн как основа тендерной документации, техническая оценка предложений подрядчиков. После тендера – системный дизайн подрядчика и рабочая документация, проверки на производстве и на монтаже, макеты и испытания. Отдельно стоит концепция обслуживания: про неё забывают, и тогда вопрос «а как это мыть?» возникает уже при сдаче объекта. А стеклопакет, добавил Томас, бьётся при монтаже на любом проекте, значит, его нужно уметь заменить. Проверять нужно на каждом этапе до последнего: всё сделанное правильно обесценится, если руки на монтаже сделают не так. Компания работает с 1993 года, а приглашение Томас закончил берлинским офисом в пятнадцати минутах от аэропорта, где образцы можно посмотреть и пощупать.